Культура и идеология

Политическая психология

Онлайн библиотека книг, статей, докладов, документов

Политическое лидерство

ПОЛИТИЧЕСКОЕ ЛИДЕРСТВО

Феноменологическая, структурная, функциональная сложность и полиаспектность феномена политического лидерства предопределяет внимание к изучению этого феномена целого ряда научных дисциплин – политологии, социологии, социальной и политической психологии, культурологии, психиатрии. Теоретический анализ феномена политического лидерства в методологической парадигме политической науки предполагает характеристику следующих его важнейших параметров – функций, уровней, типов, стилей, этапов, процесса, способов реализации.

Характеризуя сущность политического лидерства, известный французский политолог Ж. Блондель справедливо констатировал, что по сути и по форме политическое лидерство есть феномен власти. «Лидерство – это власть, потому что оно состоит в способности одного лица (или нескольких лиц), находящегося на вершине, заставлять других делать то позитивное или негативное, что они не делали бы… Власть – это главная составляющая часть лидерства», а политическую власть, в свою очередь, Ж. Блондель определяет как власть, осуществляемую одним или несколькими индивидуумами с тем, «чтобы побудить членов нации к действиям». Таким образом, базовой интерпретацией политического лидерства является его представление в качестве специфической формы взаимоотношения политической власти и общества. В основе характеристики политического лидерства используется понимание власти как способности влиять на лица и на принятие политических решений. Если принять во внимание формулу Т. Парсонса «Недостаточно знать – кто находится у власти, надо знать – что такое власть», то очевидно, что сущностная характеристика политического лидерства во многом определена специфическими особенностями политической власти. Поэтому одним из определяющих системных качеств политического лидерства можно считать то, которое определяется содержанием и направленностью политической деятельности, суть которой М. Вебер определил следующим образом: «Кто занимается политикой, тот стремится к власти». Важнейшей составляющей власти, по Веберу, является способность лидера к ее реализации, преодолевающая сопротивления среды.

Другое определение власти как сути лидерства предложено Р. Далем, который полагал, что власть тождественна контролю за поведением. Впрочем, не всякий контроль за поведением можно определить в качестве политического лидерства, а только тот, который охватывает своим влиянием всю подчиненную ему общность, осуществляется постоянно и по интенсивности влияния перекрывает иные, альтернативные источники влияния. Существуют и иные подходы к определению сущности власти как основы лидерства. Так, анализ позиции Х. Арендт показал, что Арендт отвергает постулат о том, что «вопрос власти» является вопросом «кто правит кем?» (по существу являющимся общим знаменателем позиций М. Вебера и Р. Даля), поскольку этот вопрос сосредоточен на взаимоотношении «команды-подчинения». Между тем, по мнению Арендт, интерпретации власти не должны быть сосредоточены на взаимоотношениях «команда-подчинение»; инструментом проявления и осуществления власти являются политические институты. В понимании Арендт власть не является собственностью личности, власти «корреспондируется с человеческой способностью не только совершать действие, но совершать действие в согласии». В этом связи Арендт обоснованно настаивает на разведении понятий «власть» и «насилие»: очевидно, что отнюдь не всякая власть сопряжена с насилием.

Принципиально иную трактовку политического лидерства предложил Р. Такер: согласно его концепции, политическое лидерство есть производная политической культуры. По мнению Такера, специфика политической культуры является ведущей характеристикой для тех, кто имеет отношение к политике и правительству. Поэтому изучение политического лидерства он осуществляет через призму базовых характеристик политической культуры. В интерпретации Такера политическое лидерство является носителем желаний и мотивов тех людей, которые приобретают политическую власть или влияние в качестве лидеров.

Однако, несмотря на существенные различия в определениях политического лидерства, можно выделить инвариантные параметры этого феномена: политическое лидерство – это обусловленная системой социально-политических и психологических отношений способность оказывать влияние на политическую деятельность отдельных лиц или социальных общностей с целью реализации политических задач.

Можно отметить два основных подхода в выявлении основополагающих качеств политического лидерства. В рамках первого подхода лидерство предстает одной из форм проявления лидерства как такового, и поэтому анализ феномена политического лидерства сводится к определению особенностей его проявления в политической сфере. Здесь феномен политического лидерства рассматривается как однородный таким явлениям, как лидерство в малой группе, лидерство в экономической, производственной, культурной жизни общества, религиозное, духовное лидерство.

При втором подходе политическое лидерство воспринимается как уникальный феномен социальной действительности, а понимание его лишь как специфической формы проявления некоего всеобщего лидерства считается неправомерным. Эту точку зрения разделяет, например, Ж. Блондель: политическое лидерство, «безусловно, шире, чем любая другая форма лидерства», - пишет он. В этом случае принято считать, что, хотя политическому лидерству присущи некоторые качественные характеристики, свойственные другим проявлениям лидерства, с большинством из них политическое лидерство имеет больше существенных различий, чем сходства. С нашей точки зрения, истина, как это часто бывает, находится между крайними точками зрения: политическое лидерство, хотя и выступает специфической формой проявлений лидерских качеств, тем не менее, подчиняется общим базовым закономерностям, свойственным лидерству в целом. Это определяет возможность использования эвристического потенциала лидерства в различных социальных группах применительно к изучению особенностей политического лидерства.

Функции политического лидерства имеют отчетливую специфику. Важнейшими социально значимыми функциями политического лидерства являются следующие: политическая, организационная, воспитательная, экономическая, адаптивная, ценностно-ориентационная, гуманистическая.

Политическая функция является основной, интегративной, объединяющей под свое начало все остальные функции. Это обусловлено тем, что базовым механизмом реализации всех других функций политического лидерства является механизм политического управления. Сам факт лидерства может быть инструментом реализации определенной политики в отношении различных социальных групп общества. В этом смысле социальная направленность любого лидерства может выполнять политическую функцию. Политическая функция может проявляться и путем обязательного (или нормативного) введения в систему политических институтов социального лидерства в качестве политического компонента.

В связи со специфичностью политического лидерства, его уровни определяются масштабом той социальной общности, которая выступает в качестве объекта управления. На наш взгляд, целесообразно выделение четырех уровней: глобальный; национальный; региональный; местный.

Следует отметить, что каждый уровень реализации политического лидерства характеризуется спецификой реализации лидерских функций, существенными различиями в степени институционализации лидерства и особенностями восприятия лидера той социальной общностью, которая выступает объектом управления соответствующего уровня. Так, например, американский политолог Л. Селигман отмечал следующие особенности лидерства на национальном уровне: а) общенациональное лидерства – это лидерство на расстояния; б) оно, как правило, имеет многоролевой характер; в) характеризуется корпоративностью; г) функционирует в институциональных рамках.

 Отражением специфики восприятия политического лидера различного уровня являются существенные различия моделей голосования на выборах национального, регионального и муниципального уровня.

Типология лидерства является одним из важнейших направлений в изучении лидерства и одновременно наиболее разноречивым с точки зрения характеристики этого параметра лидерства. Разночтения в типологиях лидерства, на наш взгляд, обусловлены, прежде всего, различием оснований, на которых основаны классификации типов лидерства (в качестве оснований выступают масштаб лидерства; длительность пребывания в роли лидера; отношение лидера к существующей системе и т.д.), а также смешением в использовании понятий тип и стиль лидерства. Что касается оснований типологизации лидерства, то в качестве таковых действительно могут выступать различные критерии; продуктивность использования того или иного критерия определяется, как правило, конкретными задачами исследования. Что касается соотношения понятий тип и стиль лидерства, на наш взгляд, смешение этих понятий нецелесообразно. Понятие «тип лидерства» является конструкцией для характеристики функции (задачи), которую призван реализовать лидер. Стиль лидерства характеризует особенности (технологии) воплощения лидером его замысла.

Одной из первых попыток типологии политического лидерства стала позиция М. Вебера. Он полагал, что профессия политика в Европе появилась в ходе борьбы князей с сословиями на службе у первых. В ходе изменения форм политического правления происходило изменение и типов политиков-профессионалов. Если в условиях средневековых городов-государств Европы преобладающим типом политического вождизма была фигура демагога, то на почве конституционного государства возникает фигура «партийного вождя». Вебер выделял следующие исторические типы “профессиональных политиков” в доиндустриальную эпоху: слои несословного характера, грамматики, придворная знать, "джентри", юристы. С образованием конституционного государства и формированием демократических форм правления преобладающим типом политика-вождя становится “демагог”, а ведущими представителями данного типа – журналист и партийный чиновник. Если журналист как тип профессионального политика сформировался еще в XIX в., то фигура партийного чиновника выдвинулась на волне характерного для первой четверти ХХ в. укрепления влияния политических партий и создания партийных машин, что дало основание Веберу определить этот период как этап плебисцитарной демократии. В условиях профессионализации политики Вебер предложил получившую широкую известность и ставшую классической типологию лидерства: харизматический, традиционный и рационально-законный. Однако на наш взгляд, технологические возможности этой классической типологии в современных условиях пост-классического развития ограничены.

Классическим примером типологии лидерства на основе анализа задач лидера является типология Р. Такера. Он различает следующие типы лидеров в зависимости от преследуемых целей политической деятельности: консерваторы; реформаторы; революционеры. Если консерватор ставит своей целью стабилизацию существующей ситуации, то реформатор нацелен на ее коррекцию с сохранением важнейших несущих конструкций, а революционер стремится к тотальному разрушению существующих порядков. При этом, по мнению Такера, наибольшие противоречия разделяют не консерваторов и революционеров, а революционеров и реформаторов: «Истинные революционеры почти всегда опасаются реформаторов как тех, кто, кроме всего, есть консервативный враг революционного дела».

Известный американский политолог МакГрегор Бернс проводит различие между соглашательским (компромиссным) и преобразующим (трансформирующим) типами лидерства. «Компромиссные» лидеры ориентированы на отношения взаимовыгодного обмена со своим окружением, тогда как «преобразующие» лидеры находятся со своими сторонниками в «отношениях взаимного возбуждения и роста, что превращает последователей в лидеров и может превратить лидеров в моральных деятелей».

В качестве разновидности типологий лидерства можно рассматривать классификации, основанные не только на анализе задачи, которую призван решить лидер, но также учитывают его личностно-психологические особенности и психологические мотивы стремления к власти. Психологические интерпретации лидерства являются весьма влиятельными в политической теории и практике, соответственно, весьма распространены и типологии «психологического профиля». В качестве примера можно привести предложенную Г. Лассуэллом. Предложив конструкцию базового политического типа, с помощью метода психобиографии, Лассуэл разработал подтипы политической личности. В качестве основных он выделил три подтипа: агитатор, администратор, теоретик. Что касается оценки практической эффективности подобной типологии, то известный отечественный политический психолог Е. Шестопал высказывает сомнения в возможностях широкого использования этой типологии в качестве эффективного эвристического инструмента.

Эмоциональный аспект лидерства стал основанием типологии лидеров по С. Джиббу. На основании характеристики эмоционального отношения последователей к лидеру Джибб выделил три типа лидеров: идеальный лидер, пользующийся уважением и любимый окружением; лидер-патриарх, по отношению к которому подчиненные испытывают смешанное чувство любви и страха; лидер-тиран, доминирование которого основано преимущественно на страхе.

Функционально-ролевой подход к типологии лидерства в американской политической психологии представляет четыре разновидности типов лидерства: «лидер-вождь», «лидер-пожарник», «лидер-коммивояжер», «лидер-марионетка». Определения говорят сами за себя: “лидер-вождь” возглавляет массы с целью реализации масштабных замыслов; характеристика этого типа лидерства во многом определяется личными качествами личности, возглавляющей процесс. Этот тип лидерства формируется в ситуации переломных эпох. «Лидер-марионетка» максимально ориентирован на потребности выдвинувшей их общности; он подчинен воле членов группы, является выдвиженцем своего окружения в целях достижения его целей. «Лидер-коммивояжер» эффективен в решении сиюминутных задач; он идеален в качестве медиатора и организатора взаимодействия между различными силами. Условием успеха лидера подобного типа является способность убеждать и свое окружение, и внешний круг в собственной способности быть связующим звеном, а доминирующим элементом стиля лидерства является убеждение. «Лидер-пожарник» призван оперативно реагировать на чрезвычайные ситуации; здесь востребованы способность к мобилизации и самомобилизации; предельная собранность, организаторский талант.

В литературе известны типологии лидерства на основе дуалистического подхода. Так, вышеупомянутый Ж. Блондель в основание типологии лидерства положил два критерия – направленность действия лидера (сохранение status-quo; умеренные изменения; широкомасштабные изменения) и масштаб сферы деятельности. И хотя идея «наложения» критериев типологии представляется нам эвристически плодотворной, эта конкретная схема нуждается в доработке.

Что касается стиля политического лидерства, то, несмотря на инструментальную роль конструкции «стиль лидерства» - она характеризует лишь манеру, технологию исполнения лидерских функций, - этот параметр весьма значим и многое может сообщить о политическом лидере – недаром говорят: человек – это стиль. Какие методы руководства предпочитает лидер и на какие источники информации опирается; каковы принципа подбора кадров и как строятся отношения с вышестоящими инстанциями; отдает ли руководитель предпочтение скрытым механизмам влияния или ориентирован на массированную пропаганду – эти характеристики могут стать основой политико-психологического портрета, важнейшим методом которого является анализ взаимосвязи особенностей психоэмоционального склада, темперамента, стиля мышления лидера - с одной стороны, и фактологической информации о его политической карьере лидера – с другой, подобно тому, как диагностика статуса, анализ жизненного пути, идеологических позиций, потенциальных возможного и круга приверженцев составляет основу политико-идеологического портрета. Таким образом, стиль политического лидерства рождается на пересечении объективных параметров политического процесса и субъективных характеристик лидера.

Одной из исторически первых классификаций стилей лидерства являются образы льва и лисы в произведениях Макиавелли. «Львы» предпочитают прямолинейные, жесткие, авторитарные методы управления, в то время как «лисы» - мастера политических комбинаций, пропаганды, манипуляций. Правление «лис» характеризует демократические режимы, которые Парето называет плутодемократическими; семейство львов правит бал в условиях, близких к диктатуре. «Львы» и «лисы» избирают различные стратегии экономического поведения, условно обозначаемые Парето как спекулянт и рантье. Если «лисы» приобретают состояние посредством использования колебаний экономической конъюнктуры и финансовых комбинаций, то «львы» предпочитают стабильный гарантированный доход путем надежного размещения капитала с целью получения процентов.

Этапы лидерства. Главная задача первого этапа – выявление проблемной ситуации и формулировка проблемы. Решение этой задачи, несложной на первый взгляд, в действительности представляет собой один из ключевых и весьма непростых элементов процесса лидерства. Сложность задачи обусловлена, во-первых, тем, что отнюдь не всегда проблема «лежит» на поверхности: зрелость лидера во многом определяется его способностью выявить проблему на возможно более ранних стадиях ее формирования, желательно выявить проблему, существующую в латентном виде. Вторая сложность обусловлена необходимостью адекватной интерпретации сущности проблемы, определения ее истоков, причин и природы, ибо от этого во многом зависит ее успешное решение: «судьба политических режимов, как и судьба политических лидеров, определяется в конечном счете, их поведением на этой стадии, отделяющей благодушие рутинного существования от момента, где необходимы мобилизация и творчество».

Содержанием второго этапа является накопление возможно большего и адекватного объема информации из возможно более диверсифицированных источников по принципу полноты. Задачей третьего этапа становится разработка предложений, способных стать концептуальным направлением решения проблемы и в случае практики коллегиального стиля руководства – обсуждение ее в кругу экспертов. Принятие политического решения лидером составляет содержание четвертого этапа – самого сложного из всех. Ключевыми критериями успешного решения выступают его адекватность ситуации; оптимальность с точки зрения технологий и ресурсного обеспечения; своевременность принятия – отложенные решения имеют свойство усугублять проблему. Успешному решению существенно способствуют нестандартность мышления лидера, способность к системному видению проблемы и способность предвидеть близкие и отдаленные последствия. На пятом этапе главной задачей лидера становится мобилизация сторонников, привлечение колеблющихся и нейтрализация противников с целью обеспечения социально-политической базы реализации поставленных целей. На этом этапе велико значение тактических способностей лидера – умения маневрировать между различными социальными и политическими силами, убеждать оппонентов, разрабатывать политические технологии и поведенческие алгоритмы, способные стать эффективным инструментом реализации принятых решений. Содержание шестого этапа составляет анализ хода выполнения принятого решения и при необходимости – его коррекция.

Автор:  О. В. Гаман-Голутвина

Источник:  ЦПМИ\РАПН